Интервью с пластическим хирургом Саломеей Сванадзе
Циля Зейман|09.02.21 7195
Правда ли, что силиконовую грудь всегда можно отличить от настоящей? Что будет, если поставить импланты до беременности? Как выбрать пластического хирурга? Какие проблемы можно решить пластикой, какие бывают последствия, и всегда ли это меняет жизнь к лучшему? Расспросили доктора, которая провела более 1300 пластических операций и работает в одной из крупнейших клиник Москвы.

О возможностях пластики, её последствиях и «моде» на операции

Чем и кому вообще может помочь пластический хирург? Действительно ли сегодня отрезать-пришить-подтянуть можно всё, что хочешь?

На мой взгляд, главное, на что способна пластическая хирургия, — это навсегда избавить человека от комплексов, связанных с внешностью.

Мы можем многое, но не всё. Мы всегда ограничены здоровьем пациента и его исходным строением.

Но технологии совершенствуются, появляются новые материалы. И сегодня стало обычной практикой то, что казалось невозможным 10-15 лет назад: для большего количества пациентов мы можем достичь более сложных и одновременно более естественных результатов.

Саломея Сванадзе — пластический хирург, владеющий новыми технологиями

У пластических хирургов есть узкие специализации? Один делает носы, другой — грудь?

Конечно. Специалист должен базово владеть всеми методиками пластической хирургии. Но со временем он начинает совершенствоваться в одной или нескольких смежных областях.

Мои основные направления — маммопластика (коррекция груди), абдоминопластика (пластика живота) и коррекция контуров тела различными методами, включая сложные вмешательства, типа mommy makeover. «Преображение мамочки» — очень популярный сегодня запрос.

Эта сложная операция восстанавливает тело, каким оно было до родов, и даже немного лучше. В комплекс может входить и липоскульптурирование, и абдоминопластика, и подтяжка груди с увеличением или без.

Пластический хирург — это больше про эстетику, чем про хирургию?

Не надо так упрощать. Даже когда операция направлена исключительно на коррекцию внешности, хирург должен руководствоваться принципами врачебной этики.

Перед операцией пациенту нужно пройти полный чек-ап. Мы должны выяснить, насколько человек здоров, насколько плановое хирургическое вмешательство рационально и безопасно для него. И если что-то не так — можем отказать в операции или отложить её.

Какие могут быть медицинские противопоказания к пластике?

Самые разные. Например, проблемы с сердечно-сосудистой системой, любые хронические заболевания в стадии обострения и даже острая фаза ОРВИ.

Конечно, когда операция спасает человеку жизнь или здоровье — риски оцениваются по-другому. Но если речь только об эстетике, первый принцип — не навредить.

Хирург Саломея Сванадзе работает

В государственных больницах есть пластические хирурги или это только частная медицина?

Пластика — это не только «тюнинг». Изначально это работа с врождёнными аномалиями, последствиями травм, лечения онкологических заболеваний и тому пдобное Такая хирургия существует и в рамках ОМС, в государственных больницах: например, квоты на реконструкцию молочных желёз после лечения рака.

А что касается хирургических изменений внешности не по показаниям, а просто из личного желания пациента — это ни в каких странах не оплачивается государством, только коммерческие клиники.

Вы заметили изменения «моды» на различные пластические операции за 9 лет практики?

Набор операций один и тот же много лет: в топе маммопластика (грудь), ринопластика (нос), блефаропластика (веки), абдоминопластика, липосакция (удаление жировых отложений).

Но заметно поменялись эстетические каноны, видение красоты и запросы пациентов.

Раньше в нашей стране пластика была признаком высокого статуса. Пациентки так и просили: «Саломея Николаевна, сделайте, пожалуйста, чтобы было видно, что грудь силиконовая!»

Сейчас, к моей огромной радости, запросы явно сдвинулись в сторону максимально деликатных вмешательств, естественных результатов — не заметных постороннему глазу. И так во всём мире.

Не кажется ли вам, что к пластической хирургии люди относятся легкомысленно: как к походу в магазин за новым лицом/фигурой?

В целом такая тенденция есть. Среди моих пациентов таких, к счастью, немного. Думаю, это связано с тем, что я очень подробно объясняю все риски, реалистично рассказываю о возможных последствиях, осложнениях.

Любой хирург, пластический в том числе, лучшей операцией считает ту, которую делать не пришлось.

На самом деле, нежелательные последствия бывают крайне редко. Но 100% гарантии, как у конкретного пациента будут развиваться события после операции, ни один хирург не даст.

А какие могут быть осложнения после пластики?

Во-первых, общехирургические риски: расхождения шва, воспаления.

Во-вторых, всё зависит от вида операции и здоровья пациента. Например, импланты — это инородные предметы. Они могут не прижиться, вызвать реакцию организма со временем. Вероятность возникновения подобных осложнений невелика, но нужно о них знать.

В-третьих, бывает просто неудовлетворительный эстетический результат операции.

Хирург Саломея Сванадзе начинает операцию по увеличению груди

Это же очень субъективно: красиво получилось или нет. Как вы с пациентом это обсуждаете?

Именно поэтому половина моей консультации состоит в том, что я стараюсь взглянуть на красоту глазами моих пациентов. Прошу их показывать на себе, принести фотографии того, что нравится, рассказать о том, чего они точно не хотят.

Существует фотомоделирование — специальные программы, в которых робот «пририсовывает» человеку, например, новый нос или грудь.

У меня есть набор сайзеров: специальное бельё со вкладышами разных размеров. Пациентка может «примерить новую грудь», пощупать, надеть сверху привычную одежду. Супруги в этих примерках часто принимают активное участие :)

Мои администраторы уже в шутку ворчат: «К доктору Сванадзе меньше, чем на час, на консультации не приходят».

А если пациент всё же остаётся недоволен вашей работой — как это решается?

Я всегда предупреждаю, что пластика не фотошоп, результат проявляется в течение года (!) после операции. И в течение всего этого года моя обязанность — следить не только за здоровьем пациента, но и успокаивать, терпеливо всё объяснять.

Но иногда недовольство пациента результатом правомерно. Например, образуется заметный рубец. Разумеется, никто не бросает человека в беде: мы можем сделать повторную операцию для коррекции недостатков, привлечь смежных специалистов — косметолога, например.

Бывает, что приходится отказывать пациенту?

Я придерживаюсь принципа: не сделаю другому то, что не сделала бы самой себе.

Как специалист, я вижу, что какие-то вмешательства ради красивого результата прямо сейчас могут привести к проблемам со здоровьем в дальнейшем. И, поскольку я несу за пациента ответственность, я не буду это вмешательство выполнять — и объясню риски.

Например, я резкий противник непропорционально больших размеров груди. Кроме неэстетичности с моей точки зрения, это повышенные риски, нагрузки для тканей и позвоночника.

Всегда аргументирую, в пределах каких размеров есть выбор и почему. И если женщина хочет больше — мне придётся ей отказать.

Саломея Сванадзе: фото в перерыве между приёмами

Я понимаю, что Саломея Сванадзе у пациентки не единственная в списке хирургов, и если я откажу, она отправится к менее щепетильному врачу, но моя совесть будет спокойна.

Какие самые странные запросы были у пациентов?

Одно время многие хотели сделать себе острые «эльфийские» ушки. Возможно, популярность «Властелина колец» повлияла. Сейчас эта странная мода прошла, и теперь мы массово возвращаем уши на место.

О том, чего стоит выучиться на хирурга, и о 10 часах в операционной

Почему пошли именно в пластическую хирургию? За деньгами?

Я из семьи врачей. Родители всегда честно рассказывали о трудностях, с которыми сталкивается доктор в нашей стране. Но я ни разу не пожалела, что пошла в медицинский.

Я с детства ценитель красоты во всём — и всегда каким-то чутьём понимала, какой именно элемент общей картины нужно изменить, чтобы всё стало гармонично. Ещё одна моя важная потребность — помогать людям. Пластическая хирургия сочетает обе эти склонности.

И хотя это одна из нескольких узких сфер, где у врача шансы на достойную оплату труда выше (но не гарантированы), хочу подчеркнуть: без желания помогать людям не нужно идти в медицину.

Даже с хорошей оплатой это приведёт к полнейшему эмоциональному выгоранию, вплоть до депрессии и ненависти к своим пациентам.

Насколько сложно было попасть именно в эту сферу?

Не назову студенчество лучшим временем в жизни :) Получить красный диплом в медицинском особенно тяжело. Пока мои друзья весело проводили время от сессии до сессии, я сидела над учебниками. Зато в ординатуру по пластической хирургии поступила сразу.

Единственное, в чём мне повезло — конкурс не был таким большим, как сейчас. В тот год пластическая хирургия была официально признана врачебной специальностью в РФ, и я оказалась в первом потоке поступающих.

Сколько часов в неделю вы работаете?

График ненормированный. В дни операций я проведу у стола столько, сколько понадобится, чтобы закончить.

Могу выйти из операционной в 2 часа дня, а могу в 2 часа ночи.

Причём в процессе я это время не замечаю — только когда операционная сестра мне говорит, что операция длилась 8 часов, я вдруг осознаю, как сильно устала.

Опишите свой обычный рабочий день?

Дни консультаций и операций разделены. В Москве консультации и осмотры после операций и мне, и пациентам удобно начинать примерно в 11 утра. Заканчиваю не раньше 19:00.

День операций обычно длиннее — около 10 часов. Это может быть несколько небольших операций: увеличение груди длится 1–1,5 часа, иногда даже 30 минут. Но бывают и комплексные, обширные вмешательства, которые могут занимать до 10 часов.

Пластический хирург Саломея Сванадзе после целого дня операций

Вы все 10 часов проводите у стола? А как же, извините, физиологические потребности?

Стараемся удовлетворить их все до операции! :) А если серьёзно — в процессе так увлекаешься, что ни о чём не вспоминаешь. Не чувствуешь ни голода, ни усталости. Максимум, ассистент может дать попить воды. Через трубочку — чтобы хирург не трогал ничего лишнего стерильными руками.

У коллег из кардио- или нейрохирургии бывают операции и по 20 часов — тогда, конечно, сменяются бригады врачей.

О пациентах, рабочих анекдотах, сленге и хрупкой репутации врача

Что вам нравится в работе больше всего?

Любимое — это когда пациенты радуются результату. Есть те, кто не скрывает эмоций — обнимаются, прыгают и хлопают в ладоши. Очень радостно за ними наблюдать.

Или, например, где-нибудь в ресторане случается встретиться с бывшей пациенткой — и она потрясающе выглядит и благодарит за то, как её жизнь изменилась к лучшему.

Есть операции, которые любите больше других?

Очень люблю работать с асимметрией молочных желёз.

Представьте, одна грудь, условно, 5 размера и совершенно непривлекательной формы, а второй груди практически нет. Это чаще всего врождённый дефект. Нередкая проблема, но эти девушки часто закомплексованы настолько, что стесняются обратиться даже к пластическому хирургу.

У меня в этом случае небольшое преимущество — поскольку им проще с этим прийти к врачу-женщине, чем к мужчине. Примерно год назад мы с командой выполняли операцию по коррекции такой — очень большой — асимметрии. Девушка довольна.

Саломея Сванадзе делает маммопластику

А что в работе приносит негатив?

К сожалению, в последнее время участились случаи — знаю и по себе, и по опыту коллег — когда пациент приходит с расчётом получить выгоду недобросовестным путём.

То есть, выслушав все подробные объяснения хирурга, подписав все информированные согласия, получив полностью удовлетворительный результат от операции, пациент начинает угрожать чёрным пиаром, рассказывать, что хирург — «мясник», и требовать миллионных компенсаций.

К сожалению, врач у нас защищён законом гораздо меньше, чем пациент. Он не может разглашать врачебных тайн и рассказать, как всё было на самом деле, отстоять свою честь в публичном пространстве. А пациент ничем не связан, может что угодно написать в интернете.

Такие люди, которые огульно обвиняют хирурга, сильно вредят?

Разумеется, получив рекомендацию обратиться к Саломее Сванадзе, человек сначала почитает про меня отзывы в интернете, и постарается пообщаться с моими реальными пациентами. Считаю, это разумно.

И прекрасно понимаю тех, кого насторожат отрицательные отзывы — даже если они везде явно «под копирку». Всё-таки, вы своё здоровье и жизнь доверяете хирургу, хочется, чтобы у него была кристально чистая репутация.

Мне помогает, что за 9 лет практики я прооперировала не меньше 1300 человек. Это довольно большой пул пациентов, которые меня смело рекомендуют, хвалят. Есть «противовес» ложному негативу.

Доктор Сванадзе знает, что хорошие отзывы надо заслужить

Но карьере начинающего врача подобные клеветники-вымогатели могут нанести гораздо больший вред, к сожалению.

У вас существует какой-то рабочий сленг? Что странного можно услышать в операционной?

Ну, например, операционная медсестра «накрывает стол» перед операцией, и ей нужно знать, какое именно вмешательство будет выполнено, чтобы обеспечить доктора правильным набором инструментов. Она спрашивает:

«Саломея Николаевна, а что делаем, тэшэчку или просто пери?»

Это значит, что медсестра уточняет, будет ли выполняться T-образная мастопексия (её ещё называют «якорной» подтяжкой, по форме шва) или надрез будет делаться только вокруг ареолы соска (периареолярная подтяжка, или просто «пери»).

Бывают ли в работе смешные случаи?

Из практики ничего не расскажу: нужно слишком много конфиденциальных деталей раскрыть, чтобы показать комизм некоторых ситуаций. Поэтому — анекдот.

«Женщина в реанимации, почти умирает. И тут голос свыше ей объявляет:
— Дарую тебе ещё 10 лет жизни!

Женщина радостно вскакивает, и скорее несётся к пластическому хирургу: исполнить давнюю мечту — хотя бы 10 лет пожить красоткой. После ринопластики, блефаропластики, подтяжки лица, липосакции и увеличения груди она выписывается из клиники, выходит навстречу новой жизни, и её тут же переезжает грузовик.

Душа женщины предстаёт перед Богом и горестно восклицает:
— Господи, ну как же так, ты же обещал!
На что Бог смущённо отвечает:
— Ну, извини, не узнал…»

Как совмещать операции, семью, бюрократию и зачем врачу соцсети

Как совмещаете реальную работу с неизбежной бюрократией?

Это невозможно делать в одиночку! У меня классная команда, и они меня, к счастью, избавляют от огромного количества «бумажных» дел. Без них я бы не успевала ничего.

Говорят, врачи «женаты» на своей работе. Вы счастливы замужем, растите сына. Как вам удаётся?

Работу хирурга действительно очень сложно совмещать с личной жизнью. Если бы не поддержка семьи, я бы не справилась.

Мы с мужем, слава богу, оба очень любим свои профессии. Он юрист, тоже много работает, понимает, как мне важна реализация, и всегда готов меня поддержать. И, конечно, просто неоценима помощь мамы. Так пока и удаётся достичь условного баланса.

Как совмещаете активную работу и материнство? Не боитесь потерять либо квалификацию, либо контакт с ребёнком?

После родов я довольно быстро вернулась к практике и, в общем, не стала меньше работать.

Всё благодаря супругу. Мы с ним одна команда — в воспитании нашего сына он участвует столько же, сколько и я.

Кроме бабушки, с ребёнком иногда остаётся няня, которой мы очень доверяем. К тому же мы встаём очень рано, и до работы нам удаётся каждый день качественно провести время вместе. Поэтому пока в этом плане всё хорошо.

Пластический хирург Саломея Сванадзе на операции

Где вы выкраиваете время ещё и на ведение своих аккаунтов?

Хороший вопрос. Сама себе его задаю. У меня много полезной информации, которую нужно донести людям, но времени на это не всегда хватает.

Сейчас пришла к тому, что нужно поручить хотя бы чисто техническую часть работы над профессиональным аккаунтом специалистам — а пока пишу посты украдкой, перед сном.

Вы целенаправленно раскручиваете личный бренд? Или так сложилось исторически?

Аккаунт в инстаграме instagram.com/salomesvanadze у меня появился давным-давно. Я просто рассказывала о своей жизни и о пластической хирургии — как важнейшей её части. Со временем там сама собой собралась дружелюбная заинтересованная аудитория.

Сейчас в соцсетях я стараюсь максимально понятно и объективно рассказывать о возможностях и рисках пластической хирургии, развенчивать мифы и заблуждения. Там же потенциальные пациенты могут посмотреть мои работы, почитать отзывы и даже пообщаться с реальными людьми, которым я делала операции.

Вы провели больше года в Канаде и проходили там практику. Есть ли разница между пластической хирургией у нас и у них?

Конечно. Я очень много почерпнула — и не только в техниках операций.

Саломея Сванадзе проводит операцию

Главное, что мне там понравилось, и что максимально внедряю в России — это «обучающий» подход в общении с пациентом: при подготовке к операции рассказывать все важные медицинские подробности, давать ссылки на источники, чтобы он мог сам изучить больше материалов по теме.

Что касается технической стороны вопроса — кое-что меня удивило.

Наши пациенты гораздо требовательней с точки зрения эстетики, чем пациенты на Западе.

Поэтому для одних и тех же операций наши хирурги должны использовать иные техники, не такие, как у коллег из Канады — чтобы результат соответствовал запросам.

О доходах врачей и пациентов, конкуренции и выборе хирурга

Главный вопрос, который всех интересует — сытно ли кормит молодого московского врача пластическая хирургия? И от чего это зависит: от связей, опыта?

Зависит это, прежде всего, от количества операций, который доктор выполняет в месяц. И от того, как врач устроит свои взаимоотношения с клиникой.

Конкретные цифры назвать сложно: пластический хирург может зарабатывать от 100 000 рублей до бесконечности. У меня доход меняется в зависимости от того, как много я работала в этот месяц. Но могу сказать так: мне вполне хватает, чтобы жить комфортно.

Насколько велика конкуренция в пластической хирургии? Или спрос на ваши услуги такой, что клиентов хватает всем?

Ещё в начале профессионального пути на конгрессе услышала от старшего коллеги из зарубежной клиники отличную фразу:

«Чем лучше будет каждый из нас, тем выше доверие пациентов к пластической хирургии в целом, и, следовательно, тем больше клиентов для каждого хирурга».

Это, конечно, слишком хорошо, чтобы всегда быть правдой. Не все стараются привлекать клиентов именно таким способом.

Как же нужно выбирать врача? Сарафанное радио, отзывы, фото «до/после» в соцсетях?

Да, всё это важно.

1) Самое главное в медицине — это рекомендации знакомых и других реальных пациентов.

Минимум 80% моих пациентов пришли по рекомендациям. Например, одна пациентка — специалист УЗИ, и к ней на осмотры попали несколько моих бывших пациенток после увеличения груди. Кроме их отзывов, она ещё и «изнутри» оценила качество моей работы.

2) Разумеется, нужно смотреть фото результатов доктора, чтобы понять его «стиль». Каждый хирург — прежде всего живой человек, у него свой вкус и «почерк».

Поэтому если доктор всегда делает что-то непохожее на ваше эстетическое видение — то и с вами у него, наверное, выйдет не так, как вы хотите, а так, как он делает обычно.

3) Обязательно старайтесь пообщаться лично! Хирург может быть суперопытным специалистом, но если вы не найдёте с ним общий язык — вам обоим будет сложнее.

Пациенты в вашей сфере обычно люди обеспеченные. Насколько с ними сложно — коммуницировать, обеспечивать сервис сообразно их запросам?

Конечно, пластическая хирургия — услуга дорогостоящая, и мы это прекрасно понимаем. Поэтому хороший сервис включён по умолчанию — помимо безупречной работы врачей.

Мне с пациентами везёт: ко мне идут обычно спокойные, разумные, воспитанные, занятые люди.

А вы сами бывали пациентом пластического хирурга?

Я об этом стараюсь лишний раз не говорить. Не потому, что это секрет. Несколько лет назад я в интервью честно рассказала, что делала ринопластику. Это был важный опыт, который много мне дал, позволил посмотреть на процесс «изнутри».

Но все читатели решили: раз уж пластический хирург себе «сделала нос» — значит, это 100% безопасно, айда себе тоже всё переделывать! Но это не так.

Повторяю: не бывает абсолютно безрисковых вмешательств, и обращаться к пластическому хирургу нужно только тогда, когда вы тщательно изучили всю информацию и взвесили за и против.

О гендерных стереотипах, бодипозитиве и будущем

Традиционно в хирургии мужчин больше чем женщин. Пластическая хирургия отличается?

Вы сами ответили на свой вопрос. Пластическая хирургия по демографии примерно такая же, как и вся остальная. Но в последние годы женщин в профессии становится больше, и это здорово.

Вы когда-нибудь сталкивались дискриминацией из-за того, что вы «женщина в мужской профессии»?

Я нередко слышу о таких случаях от коллег. Но сама никогда не чувствовала к себе какого-то особого отношения.

Саломея Сванадзе — женщина-хирург в мужском коллективе

Может быть, мне просто так повезло, а возможно, у меня такое счастливое психологическое устройство, что я чего-то просто не замечаю и не воспринимаю, как притеснение? Но до сих пор мне не приходилось никогда страдать по этому поводу.

Среди пациентов у вас наверняка большинство женщин. Бывают ли мужчины?

Встречаются. И на работу с ними надо тратить больше сил.

Мужчины много сомневаются, чаще «сбегают» из операционной — передумывают в последний момент перед наркозом. И даже уколов чаще боятся :)

Во всём мире мужчины составляют лишь около 13% от общего числа пациентов пластических хирургов. Среди россиян это ещё более редкое явление, в силу общественных убеждений: мужчине стыдно думать о внешности, это не круто и тому подобное.

С какими проблемами мужчины всё же приходят?

Ринопластика, липосакция, исправляют последствия травм, реже — омолаживающие операции. В основном это публичные люди, для которых внешность — часть имиджа, и люди более молодые, не обременённые ограничивающими убеждениями.

К слову об убеждениях: какие мифы мешают вам работать? Раньше все думали, что с силиконовой грудью запрещены авиаперелёты и дайвинг, а что сегодня?

В моей практике подобных суеверий не так много — видимо, сказывается, что я стараюсь просвещать пациентов со своей страницы в инстаграме и со своего сайта. Но из мифов, которые я встречаю, — многие уверены, что любые вмешательства на молочной железе до родов запрещены.

На самом деле, беременеть и кормить грудью с имплантами можно. С некоторыми оговорками — но практически всегда это возможно и совершенно безопасно как для ребёнка, так и для мамы.

Причём после родов и грудного вскармливания с имплантами ничего не придётся делать. И вовсе не обязательно обвиснет грудь. А если и обвиснет — небольшую подтяжку можно сделать, не затрагивая импланты. Всё индивидуально!

А правда, что силиконовую грудь всегда можно отличить от настоящей на ощупь и даже на вид?

Если речь о профессионально выполненной операции и хорошо подобранных имплантах адекватного размера — это будет или минимально заметно, или вовсе незаметно.

Некоторые мои пациентки рассказывали, что их супруги даже не подозревают о том, что жена когда-то делала операцию по увеличению груди :)

Главное, не перебарщивать.

Как вы относитесь к тренду на бодипозитив? Что станете делать, когда женщины перестанут себя кромсать ради соответствия сомнительным глянцевым идеалам?

Мне кажется, это просто замечательное изменение. Для меня самое страшное, когда люди хотят быть одинаковыми: все косят под условную Анжелину Джоли, соцсети пестрят однотипными отретушированными лицами.

А думать про пластическую хирургию исключительно как про способ пришить себе силиконовую грудь 5 размера — стереотип. Ко мне люди приходят с реальными проблемами. Например, женщине морально очень тяжело, если она всю жизнь была тонкая, звонкая, подтянутая и гордилась этим, а потом родила любимого ребёнка — и прощай, красота.

Бодипозитив не вернёт ей привычное отражение в зеркале. А пластическая хирургия может помочь. Или, например, исправить врождённую несправедливость в виде отсутствия гармоничных пропорций. Или устранить последствия серьёзной травмы.

Поэтому без работы я пока не останусь.

Саломея Сванадзе: пластический хирург без работы не останется

Как может расти пластический хирург? Своя клиника?

Мне бы хотелось когда-то в будущем начать обучать коллег, делиться опытом.

«Своя клиника» — звучит здорово, но это нескоро. Думаю, людям, знакомым с тем, что такое свой бизнес — даже небольшой — ясно, что ты не можешь полностью передать его менеджерам и совершенно в этом не участвовать. А я пока хочу полностью посвящать себя клинической деятельности и в этом вижу своё развитие.

Что вы напоследок посоветуете людям, которые давно хотят сделать себе лицо/нос/грудь/живот — но никак не решатся?

Совершенно искренне скажу: если желание что-то в себе изменить с помощью операции до сих пор не перевешивает страх — значит, ещё не время. Это серьёзный шаг, до него нужно созреть. А вот человека, который точно понял, зачем ему пластическая операция, — уже ничто не остановит.

Понравилось интервью? Читайте другие: вот алфавитный указатель — выбирайте на свой вкус. И подпишитесь на Рабдно в телеграме, инстаграме и ВКонтакте.
Вы не пропустите новые интервью, а нам будет приятно.


Ещё интересные интервью


Александр Абрамов на Эвересте
Горный гид альпинист Александр Абрамов — ваш проводник туда, «где люди встречаются с небом».

Александр Абрамов — альпинист экстракласса, 10 раз был на вершине Эвереста. Пожалуй, главный в России и один из ведущих в мире экспертов по высокогорным экспедициям. Он рассказал, зачем люди идут в горы и от чего там гибнут. А также сколько стоит взойти на высочайшую вершину планеты, и на какой высоте стирается грань между мужчиной и женщиной.

Алекс Громов|29.11.19 9996
Интервью с порноактрисой
Интервью с юной BDSM-порноактрисой

Что делать, если соседи долбятся в стену прямо во время оргазма? Как получить удовольствие от жёсткой порки и где продавать свои ролики? Что делать, если порно с тобой в главной роли смотрят друзья?

Томас Форсберг|13.07.20 9728
Петр Фадеев и продукция компани CBD
Мейд ин Раша. Интервью с Петром Фадеевым, который 20 с лишним лет выпускает глушители CBD

Пётр Фадеев под маркой CBD c 1997 года выпускает выхлопные системы и другое оборудование для российских и иностранных автомобилей. Прошлый самоизоляционный год он закрыл в плюсе на несколько сотен миллионов рублей. Пётр рассказал нам, почему на отечественном производстве ещё рано ставить крест, как делать востребованный товар, и когда в нашей жизни настанет пора менять глушитель.

Ежи Симбин|16.03.21 9620
Вид на похороны из могилы
Между жизнью и смертью. Интервью с владельцем похоронного агентства Ильей Болтуновым

Илья Болтунов, владелец и создатель сети похоронных домов «Журавли» подробно рассказал нам о том, как в России устроен похоронный бизнес, сколько люди тратят на похороны близких и сколько на этом зарабатывают честные и не очень предприниматели. С одной стороны у нашего героя интервью — теневые схемы, подкупленные госслужащие и рэкет из 90-х — чему приходится противостоять. С другой — честная цена на рынке, честные способы получать заказы: рекомендации, прижизненные договоры, уход за могилой, франшиза.

Ежи Симбин|10.11.19 8771
Выделите опечатку и нажмите Ctrl + Enter, чтобы отправить сообщение об ошибке.